ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. В Минтруда пригрозили «административкой», а в некоторых случаях — и вовсе «уголовкой». Кто и за что может получить такое наказание
  2. США снимают санкции с «Белинвестбанка», Банка развития и Министерства финансов
  3. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  4. Спецпосланник Трампа Коул опубликовал первую фотографию освобожденных политзаключенных
  5. Из России пришла новость по валюте. Рассказываем, как это может ударить по беларусскому рублю
  6. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  7. «Вонь стоит такая, что задыхаюсь». Житель Вилейки завел хобби, от которого страдают соседи, — чиновники «делают вид, что не понимают»
  8. Спецпосланник Трампа по Беларуси Коул приехал в Минск на переговоры с Лукашенко
  9. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  10. В Беларуси попробуют удобрять почву солью по задумке Лукашенко. Ученый предупреждал об угрозе этой технологии для экологии и здоровья
  11. США снимают санкции, Минск отпускает 250 политзаключенных. Аналитики — об итогах переговоров посланника Трампа с Лукашенко
  12. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  13. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  14. «Не знала, что беларусы нас так ненавидят». Россияне массово решили переехать в Беларусь и удивились реакции
  15. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  16. «Умертвляют, типа, по естественным причинам». Статкевич предположил, что у него в колонии намеренно вызвали инсульт
  17. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска


/

В американской Кремниевой долине развивается мода на так называемую «генетическую оптимизацию» — использование технологий ЭКО и генетического скрининга для отбора эмбрионов с предполагаемым высоким интеллектом (IQ), пишет The Wall Street Journal.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Математик Цви Бенсон-Тилсен, семь лет изучавший, как избежать угрозы от продвинутого искусственного интеллекта (ИИ), пришел к выводу, что остановить опасное развитие технологий пока невозможно. Теперь он сосредоточился на другой идее: вырастить более умных людей, которые смогут справиться с этой угрозой. Он и его единомышленники считают, что отбор эмбрионов с высоким интеллектом может стать одним из способов.

В Калифорнии уже работают компании вроде Genomic Prediction, Nucleus Genomics и Herasight, предлагающие генетическое тестирование эмбрионов. Стоимость таких услуг — от 6 тысяч до 50 тысяч долларов. Родителям дают прогноз не только по рискам заболеваний, но и по предполагаемому IQ. Например, Симона и Малкольм Коллинз выбрали для беременности эмбрион с низким риском рака и с максимальной вероятностью очень высокого интеллекта.

Некоторые семьи подходят к выбору эмбрионов как к сложной математической задаче: составляют таблицы с параметрами здоровья и интеллекта, рассчитывают «баллы» и выбирают победителя.

При этом ученые предупреждают, что точность прогноза интеллекта пока низкая — разница в среднем 3−4 балла IQ, а высокие показатели могут сопровождаться повышенным риском, например, аутизма.

Этическая сторона вопроса тоже вызывает споры: критики видят в ней угрозу появления «генетической касты» богатых, а сторонники говорят о праве родителей делать осознанный выбор. При этом многие в Кремниевой долине к идее «генетического отбора» относятся прагматично — от IQ-тестов в детских садах до услуг элитных свах, подбирающих партнеров с высоким интеллектом для будущего «генно-одаренного» потомства.

Кроме того, некоторые считают, что создание большего числа гениев поможет человечеству сделать искусственный интеллект безопасным или даже убедить мир отказаться от его опасных форм.