Житель Бреста Владимир родился и вырос в частном доме, который принадлежал его бабушке. В него же спустя время привел супругу, с которой родил двоих детей. Но в 2021 году дом пришлось освободить. Вернуть его не помог даже суд. Подробности истории «Зеркало» нашло в банке судебных решений. Рассказываем, в чем было дело.
Так как в решении суда скрыты личные данные, имена в тексте вымышлены.
Предыстория
В частном доме в Бресте 49-летний Владимир жил с самого рождения. На тот момент строение и участок принадлежали бабушке мужчины Елизавете. В доме жила она сама, а также ее дочь Ирина с мужем Андреем — родители Владимира. Когда мальчику было два года, его отец погиб.
Спустя какое-то время Ирина вышла замуж во второй раз за Евгения. Деталей того, как складывались отношения между мальчиком и отчимом, в документе нет. Известно только, что мужчина переехал к ним, а спустя пять лет у пары родилась дочь Соня.
В 1995 году случилась трагедия: в доме были убиты бабушка Елизавета и шестилетняя Соня. О подробностях случившегося в судебных документах ничего не сообщается. Известно лишь, что те события очень тяжело дались Ирине: потеряв мать и дочь, она долго не могла прийти в себя. Ее мужу пришлось обращаться за помощью к врачам-психиатрам. Как утверждал позже в суде сам Владимир, «после пережитого мать уже никогда не была прежней, и в ее поведении наблюдались определенные странности».
Владимир же тем временем женился. Супругу Ольгу он привел в бабушкин дом, где жили мать и отчим. У пары родилось двое детей. По словам брестчанина, все эти годы Ирина продолжала вести себя странно.
— Мать могла пойти ночью на кладбище, а днем — сидеть часами в прострации, перебирать и выдергивать свои волосы. Любые чувствительные сцены в фильмах вызывали у нее слезы, и она долго не могла отойти от переживаний за судьбу героев, — утверждал он в суде. — Она могла пройти мимо знакомого и не поздороваться, никак не отреагировать на человека. В поведении матери появилась необъяснимая и ничем не мотивированная вспыльчивость и агрессия.
В 2005 году здоровье женщины заметно ухудшилось. И в конце того же года она умерла от онкологии.
После смерти Ирины ее муж, по словам пасынка, переехал «к другой женщине». Владимир же с женой и детьми продолжили жить в бабушкином доме. Правда, никаких документов на имущество мужчина не оформлял.
Судебное разбирательство
В 2019 году умер отчим Евгений, и только тогда, по словам Владимира, он узнал, что на самом деле дом ему не принадлежит. Дело в том, что за два года до смерти Ирина завещала его своему супругу. После его кончины дом перешел по наследству Александре — дочери Евгения от первого брака.
Когда Александра заявила свои права на участок, Владимир пошел в суд. Он попытался признать завещание недействительным, обосновывая тем, что его мать в момент составления документа «не была способна понимать значения своих действий и руководить ими».
Во время судебного разбирательства выяснилось, что Александра официально вступила в наследство и в феврале 2020 года зарегистрировала свое право собственности на дом. Владимиру пришлось признать: он знал, что после смерти матери дом перешел отчиму, но тогда право собственности не оспаривал.
Чтобы решить спор, судья назначил посмертную психиатрическую экспертизу. В итоге пришли к выводу: нет никаких объективных данных, что, составляя и подписывая завещание, мать Владимира могла не понимать значения своих действий. Более того, как выяснил суд, в то время женщина была достаточно активной, самостоятельно обращалась за консультацией к адвокатам.
На суде «всплыла» еще одна деталь. Оказалось, что Владимир и Ольга нередко конфликтовали с Ириной и Евгением. Одна из свидетельниц и вовсе утверждала, что сын «обижал мать, поднимал на нее руку». Это подтвердило и заявление в милицию, которое в 2003 году подавала Ирина, прося о помощи.
И хотя Владимир и заявлял, что между ним и матерью были хорошие отношения, он не смог опровергнуть показания свидетелей и объяснить суду, почему же тогда Ирина оставила дом мужу, а не единственному сыну.
В итоге в ноябре 2020 года суд Ленинского района Бреста Владимиру отказал. Также его обязали возместить Александре 350 рублей, которые та потратила на юриста.
С принятым решением брестчанин не согласился и подал апелляцию. Он посчитал, что выводы экспертов о здоровье его матери на момент написания завещания неверные.
В январе 2021 года судебная коллегия по гражданским делам Брестского областного суда рассмотрела жалобу. Изучив материалы дела, коллегия подтверждений словам Владимира не нашла. Также учла, что у мужчины есть своя трехкомнатная квартира, которую он купил, будучи в браке с Ольгой.
В итоге Брестский областной суд признал, что Ирина во время составления завещания была дееспособной, и предыдущее решение суда оставил в силе. Дом окончательно перешел Александре.
Читайте также
